Международная трудовая миграция сегодня выступает одним из ключевых катализаторов глубоких экономических, социальных и политических трансформаций в глобальном масштабе. Ее влияние прослеживается на всех континентах — от развитых рынков труда США и ЕС до периферийных стран Африки, что подтверждает всеобъемлющий характер данного феномена [1]. В периоды мировых кризисов, таких как финансовый коллапс 2008 года или пандемия COVID-19, традиционные факторы мобильности подвергаются серьезной деформации. Экономические стимулы начинают тесно переплетаться с социокультурными императивами и государственными приоритетами, которые одновременно стимулируют и ограничивают движение рабочей силы в зависимости от национальных интересов и уровня социальной напряженности. Современный кризис либеральной демократии и усиление популистских тенденций в развитых странах создают внешние факторы, способствующие антидемократическим трансформациям и росту социальной поляризации [15]. Эти процессы напрямую влияют н